2e736136     

Маринина Александра - Черный Список



А. Б. Маринина
Черный список
Анонс
Убийство двух актрис, кинозвезды и известного кинорежиссера заставило
подполковника Владислава Стасова предположить существование преступной
организации, убивающей людей из мира кино. Подтверждением этой версии
стал случайно оказавшийся в руках его дочери листочек бумаги - "черный
список" потенциальных жертв. И с этой минуты жизнь Стасова и его близких
- в смертельной опасности.
Глава 1
Я - счастливчик. Наверное, это оттого, что на самом деле нас двое: я
и мой ангел-хранитель. Славный такой парнишка, с крылышками за спиной и
стеклянным барабаном в руках. В этот барабан насыпаны свернутые в тру-
бочки бумажки, на которых написано "повезет" или "не повезет". И ни он,
ни я не знаем, сколько в барабане счастливых и несчастливых билетиков.
Просто он каждый раз открывает заслонку, засовывает туда свой пухлый
пальчик и одну бумажку выковыривает. А я каждый раз думаю: а вдруг все
удачные билетики уже кончились, и теперь начнется сплошная невезуха? И
раз от разу этот страх все сильнее, потому что "везучие" бумажки до сих
пор попадались чаще, и по идее они уже давно должны были кончиться. Так
что начало полосы невезенья я ожидаю каждый день, а до сих пор, видит
Бог, мне жаловаться было не на что. Даже после того, как я развелся с
Ритой и начал себе позволять крутить романы с двумятремя дамами одновре-
менно, ни разу они не столкнулись на моем пороге, хотя, надо признать,
"люфт" между их визитами порой бывал минимальным, минут в пять. Но
все-таки был. Как говорится, беда уже дышала в затылок, но в последний
момент отступала.
И в этой поездке мне тоже везло с самого начала. И самолет вылетел
вовремя, и место в салоне досталось в задних рядах, где разрешалось ку-
рить, и сосед всю дорогу проспал и не приставал с глупыми дорожными раз-
говорами. И Лиля не капризничала, что вообще-то дело обычное и к везению
причисляться не может, ибо Лиля - ребенок самостоятельный и очень спо-
койный. Когда она родилась, мы с Риткой были молодые и резвые, нам хоте-
лось не только сделать карьеру, но и сбегать в гости или на какую-нибудь
тусовку, а бабушек, с которыми можно оставить Лилю, у нас не было. То
есть чисто теоретически бабушки, конечно, были, но они тоже были еще от-
носительно молодыми и достаточно резвыми для своих лет, и им тоже инте-
реснее было работать и общаться, нежели сидеть взаперти и развлекать ди-
тятю. Поэтому в три года наша дочь уже умела читать, а в пять мы спокой-
но оставляли ее дома в компании Элли, Тотошек, Железных Дровосеков и
Трусливых Львов. Нужно было только уложить ее в постель, дать книжки,
поставить рядом большую тарелку с фруктами и графин с компотом. Может,
если бы мы больше бывали дома, Лиля стала бы обычным капризным ребенком,
но характер ее сформировался именно под влиянием нашего с Риткой посто-
янного отсутствия. Как там было у Корнея Чуковского? "Я не тебе плачу, а
тете Симе". Кому было ей капризничать, если все равно никто не слышит?
Но во всем этом наряду с множеством маленьких плюсиков был один огромный
минус: Лиля привыкла быть скрытной. Не потому, что ей было что скрывать,
а просто потому, что она не привыкла ни с кем делиться. И плоды этой
скрытности, взращенной нашими с Ритой неумелыми легкомысленными руками,
мне еще предстояло вкусить в полной мере.
Сейчас Лиле было уже восемь, и она, пользуясь полной бесконт-
рольностью, перечитала всего имеющегося дома Мопассана и настырно подби-
ралась к Бальзаку. Получив таким образом весьм



Назад