2e736136     

Мариуц Ольга - Любовь По Объявлению



ОЛЬГА МАРИУЦ
ЛЮБОВЬ ПО ОБЪЯВЛЕНИЮ
Аннотация
Знакомство по брачному объявлению — ход, к которому молоденькая, удачливая в профессии, но несчастная в личной жизни журналистка Ксения прибегает, чтобы выиграть спор с лучшим другом и коллегой.
Но быть может, ей все-таки ПОВЕЗЕТ?
Впрочем, один из кандидатов «желает жить в деревне» и «слиться с природой», другой смотрит на женщину как на дорогое украшение дома, третий — обжигающе страстный и поэтичный — похоже, не совсем от мира сего…
Быть может, счастье Ксении где-то СОВСЕМ РЯДОМ, а она попросту НЕ ВИДИТ ЕГО?..
— Нет! — донесся от стойки бара резкий голос Ксении, и Александр с раздражением подумал, что за все восемь лет, которые они вместе проработали в одной редакции, он, кажется, ни разу не слышал, чтобы эта женщина хоть с чем-то вот так сразу согласилась. Впрочем, бармен это тоже должен был знать, так что пусть выпутывается сам.
Не прислушиваясь к дальнейшему разговору, он склонился над столиком, надеясь, что Ксения его не заметит — в последнее время она доставала его особенно навязчиво. Правда, он, как правило, с успехом ее отбривал, но сегодня у него не было ни малейшего желания с ней общаться.
Она подошла, звонко стуча тонкими каблуками по мраморным плитам пола. А он, видя, что его жалкая попытка остаться незамеченным не удалась, опять потянулся за стаканом, в котором еще оставалось немного спиртного.

Лучше было допить все и сразу, до начала неминуемого и наверняка неприятного разговора. Иначе существовал почти стопроцентный риск не почувствовать от выпитого никакого удовольствия. Глаза Ксении на мгновение задержали его руку.

Но — не остановили.
Александр с независимым видом тщательно пережевывал кусочек сыра.
— Мы можем поговорить?
Сыр был сухой и, что называется, драл горло. А тут еще, как назло, нужно было отвечать.
— Опять будешь читать мораль? — демонстративно тоскливо выдавил он из себя и поднял на нее глаза.
Серый костюм с высоким воротником-стойкой был застегнут наглухо, до последней пуговицы. И не выглядел чопорным только потому, что был узок и четко прорисовывал плавные изгибы фигуры.

Волосы Ксении были бы светло-русыми, если бы она не пользовалась оттеночным шампунем, который придавал им пепельный цвет. За восемь лет их знакомства Ксения немало экспериментировала со своей гривой, особенно упражняясь в колористике.

Были и «гнилая вишня» и даже «баклажан», «перья» и «металлик». Но пепельный шел ей больше всего. Он был строг, как сама Ксения. И благороден, чего у нее тоже нельзя было отнять.

Правда, Александр скоро принялся подшучивать: «Все серенькое, серенькое… Мне скоро начнет казаться, что я работаю рядом с большой серой мышью». Ксения обиделась, но он знал, что это ненадолго — она привыкла к его «солдатским» остротам.

Сам Александр любил яркие вещи, особенно водолазки. И ненавидел галстуки, так как они были неутилитарны и мешали свободно дышать.
Александр еще раз окинул ее взглядом и сдавленно вздохнул: если бы они не были знакомы и случайно встретились где-нибудь на вечеринке, он ни за что не заподозрил бы, что эта красавица кроткого вида — сухарь и зануда, изводящая своих сотрудников постоянными нотациями и нравоучениями. Впрочем, это было не совсем правдой — Ксения изводила своими приставаниями только Александра.

Так сложилось исторически. Почему? Он давно перестал ломать голову над этим вопросом, как над неразрешимым.

Может быть, избрала его в качестве боксерской груши, на которой разряжала постоянные стрессы, обычные в журналистской работе. Конечно, Алек



Назад